Мамад – защищённая комната, мини-убежище в израильских квартирах. Учитывая, что Украина уже не первый год позиционируется как "европейский Израиль" (т. е., страна, находящаяся в конфликте со всеми соседями), логично предположить… Нет, не логично. Между идеологически выверенными речекряками и реальностью дистанция велика суть
Подземным убежищам украинское руководство какое-то внимание уделяет – достаточно вспомнить мощную международную рекламную кампанию подземной школы в Камышевахе Запорожской области, которая была разрушена попаданием российской авиабомбы (в полном соответствии с "теоремой Тарана" истошный визг украинских СМИ намекал, что, детей в ней не было, что и было подтверждено серией некрологов на офицеров беспилотных войск). А вот о мамадах украинские руководители, зачастую имеющие право на израильское гражданство (а возможно и само это гражданство), почему-то не упоминают…
Оказалось – не зря. Как следует из статьи на "Украинской правде" Анны Искиердо ("архитектор, визионер (что бы это ни значило), общественного деятеля (тем более), соучредитель архитектурного бюро AIMM" (известно тем, что спроектировало первый на Украине ЖК с искусственным озером – мы подозреваем, что это враньё, но доказать не можем) – на Украине в этом отношении ещё хряк не валялся.
На самом деле признаки хрякового копыта всё же присутствуют – само по себе понятие "защищённое пространство" в украинском законодательстве есть, но что это такое науке неизвестно. Искиердо входит в состав рабочей группы при Минрегионстрое, которая занята разработкой ГСН (государственные строительные нормы – аналог СНИПов, строительных норм и правил – Ред.), но самих этих норм пока что нет – только общие подходы на основе израильского и сингапурского опыта.
Мы навели справки у участников рынка и установили следующее:
1. На настоящий момент существуют два или три ЖК спроектированных с защищёнными комнатами – в Киеве, Львове и Ивано-Франковске (последнее не точно). Из особенностей:
- никаким ГСН защищённые комнаты не соответствуют, потому что их (ГСН) – нет;
- ЖК – премиум-класса, т.е. – очень дорогие;
- ЖК находятся на этапе котлована.
Сложив первые два пункта участники рынка заранее сочувствуют застройщикам – если защищённые комнаты не будут соответствовать ГСН (а вероятность этого есть), или если какое-либо из таких помещений будет разрушено (а они даже в теории не рассчитаны на прямое попадание сколько-нибудь мощного боеприпаса), то покупатели будут слегка недовольны.
И это "слегка" обойдётся в круглую сумму (участники рынка в курсе – они в том числе бункеры строят и продают). И вообще застройщики находятся в неудобном положении – с одной стороны, им надо затягивать пуск объекта в расчёте на прекращение боевых действий (но их прекращение – теория, а неустойка за срыв сроков – практика), с другой – если слишком затянуть появятся ГСН и начнутся юридические проблемы.
2. На вторичном рынке реализуется некоторое количество жилья, относительно которого декларируется наличие защищённых пространств.
Как правило, это кладовки или вторые санузлы с капитальными стенами, не примыкающие к стенам наружным. Их можно оборудовать дополнительной вентиляцией и усиленными дверями, а также исключить травмоопасные элементы – плитку, штукатурку, подвесные потолки (ещё неплохо было бы исключить водопровод и канализацию, в том числе у соседей, но в случае с санузлом это, как мы понимаем, нереально). Возможное соответствие такого помещения отсутствующим ГСН – дискуссионно.
Кроме того, иногда в качестве аналога израильского мамака (укрытия на этаже) предлагают общие кладовки, но они уж точно никаким нормативам не соответствуют. Не являются укрытиями и подземные парковки.
Участники рынка это всё расценивают как маркетинговый ход, хотя отмечают, что использовать "голую" кладовку правильнее, чем, например, ванную: в Киеве были случаи ранения людей обломками кафельной плитки – причём без попадания боеприпаса в дом, просто из-за воздействия ударной волны, а ожогов в результате разрыва труб не было только из-за отсутствия горячей воды. Но, как логично отмечает Искиердо, "ничто не мешает превратить её в кладовую или заставить мебелью, сведя защиту на нет".
Относительно цены вопроса. По утверждению Искиердо:
"Железобетон толщиной от 300 мм (…); тройная арматурная сетка (…) обходится как минимум в 3-5 тыс. долл. (250-400 тыс. руб. – Авт.) на квартиру. Своей арматуры такого класса в Украине не осталось, поэтому её импортируют, и она будет только дорожать. Для квартиры за 250 тыс. долл. это приемлемая надбавка".
Для сравнения: укрытие на частной территории стартует от эквивалента 150 тыс. руб. за модульную наземную конструкцию и от 1,5 млн руб. за простенький подземный бункер.
Относительно укрытий на этаже она отмечает, что "застройщики не спешат его внедрять: непонятно, кому будет принадлежать помещение, которое не продаётся, и кто будет отвечать за его эксплуатацию, когда на этаже проживают 15-20 владельцев".
Так же архитектор отмечает, что эффект от оборудования защищённой комнаты может быть сведён к нулю недостаточной прочностью основных конструкций дома, что особенно актуально для старого жилья – само по себе оно достаточно прочное, но попытка встроить в него защищённые помещения изменит общий баланс конструкции (в Израиле к старым домам мамады предпочитают пристраивать – именно исходя из этих соображений).
Ну и глобальный вывод: "безопасное пространство в квартире ещё долго будет оставаться вопросом выбора застройщика и кошелька покупателя".