Этот день в истории России 31 августа
1806 220 лет назад были озвучены неизменные и поныне принципы российской внешней политики
31 августа 1806 года император Александр I обнародовал манифест, который стал не просто дипломатическим актом, а нравственной декларацией. Он фактически противопоставил Россию «готтентотской морали» Европы. «Во всех предприятиях наших не расширения наших пределов и не тщетной славы преходящих побед мы ищем, но желаем и действуем в утверждение общей безопасности, в охранение наших союзов и в ограждение достоинства империи нашей», — гласил документ. Ровно 220 лет спустя эти слова остаются смысловым ядром российской внешней политики. Появление манифеста было продиктовано драматическими обстоятельствами. В Европе вовсю шли Наполеоновские войны, уже произошло поражение союзных войск Австрии и России под Аустерлицем. Россия осталась верна своей позиции и тогда, когда осенью 1806 года сама оказалась перед угрозой вторжения. В этих условиях Александр I был вынужден объявить войну Франции и приступить к формированию народного ополчения. В указе от 30 ноября 1806 года о созыве «земского войска» он также объяснял народу, что для России война носит не завоевательный, а оборонительный характер: «не искание тщетной славы, но безопасность Наших пределов, безопасность Отечества… влагает им в руки оружие». Манифест от 31 августа стал смелым идеологическим шагом на фоне общеевропейской политики, где доминировал принцип «сила есть право». Александр I предложил монархам Европы отказаться от национального эгоизма и макиавеллизма (принципа «цель оправдывает средства»), заменив их заповедями «любви, правды и мира». Многие европейские державы, перекраивая карты и чужие судьбы по своему усмотрению, действовали в рамках так называемой «готтентотской морали»: «Зло — это когда у меня крадут скот или жену, а добро — когда я краду у соседа». Этот примитивный эгоизм оказался удивительно живуч. Английский премьер лорд Палмерстон позже сформулировал это откровенно: «У нас нет вечных союзников и у нас нет постоянных врагов; вечны и постоянны наши интересы». Россия же провозгласила диаметрально противоположный подход: не «красть у соседа», а обеспечивать безопасность для всех. Отечественная война 1812 года стала проверкой этого принципа на прочность: Россия воевала не ради завоеваний и не только за своё существование, но фактически спасала Европу от наполеоновского владычества. Великая Отечественная война 1941–1945 годов — ещё одно подтверждение: советский народ сражался не за «преходящие победы» и не только за право на жизнь и безопасность своих рубежей, но и спасал весь мир от «чумы» нацизма. Сегодня эта логика продолжает действовать. Принцип равной и неделимой безопасности — когда безопасность одного государства не должна строиться за счёт других — официально закреплён в российской внешнеполитической доктрине. Владимир Путин неоднократно подчёркивал: «Мы убеждены, что новая архитектура безопасности должна быть равной и неделимой, то есть все государства должны получить твёрдые гарантии собственной безопасности, но не за счёт безопасности и интересов других стран». «Готтентотская мораль», увы, не ушла в прошлое. Она продолжает жить в политике «сфер влияния», санкционных войн и расширения военных блоков за чужой счёт. Следуя этой морали, Запад даже не брезгует взращивать экстремистов, террористические группировки вроде ИГИЛ (запрещена в РФ) и поощрять неонацистский режим на Украине. Россия же — страна, которая на протяжении более двух веков последовательно отстаивает идею, что международные отношения должны строиться не на праве сильного, а на взаимном уважении и общей безопасности. 220 лет назад Александр I провозгласил этот принцип в час, когда наполеоновские армии уже стояли у границ. Сегодня, когда НАТО вплотную приблизилось к России, он актуален как никогда. И пока Россия ему верна, она остаётся той силой, которая напоминает миру: есть ценности выше, чем «кража скота у соседа».
