Существует весьма ограниченное количество способов без выстрелов остановить чужестранный корабль, прорывающийся в национальные терводы. Когда слов не понимают, остаётся одно: действовать на свой страх и риск
Таран - оружие отчаянных. И применялся он на земле, в небесах и на море, пока технический прогресс не отправил шпироны (таранные приспособления) триер и броненосцев на «заслуженный отдых». Однако тактика тарана, которая на флоте деликатно именуется «навалом», оказалась востребована на Чёрном море сначала в 1988 году ВМФ СССР, затем Береговой охраной Пограничной службы ФСБ России.
«Дави его справа!»
В 2018 году руководство Украины решило развернуть на Азовском море в Бердянске базу ВМСУ. Начало процессу положила доставка по суше из Одессы в Бердянск малых бронированных артиллерийских катеров (МБАК) проекта 58155 «Лубны» и «Кременчуг». Затем в Киеве осмелели и 24 сентября 2018 года по Керчь-Еникальскому каналу провели в Азовское море корабль управления (бывшая плавмастерская) «Донбасс», а также морской буксир проекта 745 «Корец».
© РИА Новости/пресс-служба пограничного управления ФСБ РФ по Республике Крым Попытка прорыва корабельно-катерной группы ВМСУ в Азовское море. Это был первый после воссоединения Крыма с Россией эпизод, когда вымпелы ВМСУ миновали Керченский пролив и прошли под Крымским мостом. Но этого оказалось достаточно, чтобы украинские СМИ проход экс-плавмастерской и буксира по Керчь-Еникальскому каналу, осуществлявшийся с разрешения российской стороны, пафосно окрестили «прорывом».
А 23 ноября 2018 года из Одессы в Мариуполь вышла корабельно-катерная группа ВМСУ в составе вооружённого 12,7-мм пулемётами ДШК рейдового буксира «Яны Капу», а также МБАКов «Бердянск» и «Никополь», нёсших по паре боевых модулей с ПТРК с 30-мм автоматическими пушками, 30-мм автоматическими гранатомётами и 7,62-мм пулемётами ПКТ. Буксир должен был не только сопровождать МБАКи, но и, в случае необходимости, взять их на буксир для экономии топлива.
Перед выходом в море до экипажей «Яны Капу», «Бердянска» и «Никополя» довели приказ о том, что корабельно-катерная группа не должна останавливаться, даже если российские корабли в зоне Керчь-Еникальского канала (т.е. в терводах РФ) станут препятствовать движению. При этом командование ВМСУ прекрасно знало, что для украинских кораблей в Керчь-Еникальском канале Россией установлен не уведомительный, а разрешительный порядок прохода.
Но в ноябре о разрешительном порядке командование ВМСУ решило забыть. И всё потому, что Петру Порошенко потребовалась провокация, позволившая бы с отсылкой к «усилению угрозы со стороны РФ» ввести в стране военной положение и под этим предлогом отсрочить президентские выборы.
После того как корабельно-катерная группа ВМСУ 25 ноября пересекла линию госграницы РФ, нацелила артустановки на корабли боевого охранения погранвойск ФСБ и проигнорировала требование покинуть внутреннее море России, российская сторона имела право сначала открыть предупредительную стрельбу, а затем и на поражение. Но дело происходило в районе интенсивного судоходства, поэтому останавливать рвущуюся к Крымскому мосту корабельно-катерную группу ВМСУ решено было навалом.
© Фото автора ПСКР «Дон». Наши пограничные сторожевые корабли «Изумруд» проекта 22460 и «Дон» проекта 745П взяли украинский буксир в «клещи». А затем, когда «Яны Капу» попытался из них выскочить, на ГКП «Дона» прозвучала команда, вошедшая, благодаря видеосъёмке, в историю: «Дави его справа!» К команде прилагалась пара крепких, но цитировать их вряд ли стоит…
Буквально в следующее мгновение пограничный сторожевой корабль «Дон», спроектированный на основе морского буксира, поэтому способный действовать в ледовой обстановке, так боднул «Яны Капу» мощным корпусом, что на «украинце» вышел из строя двигатель правого борта.
© РИА Новости/ФСБ РФ Буксир «Яны Капу» и бронекатера «Бердянск» и «Никополь» перед передачей украинской стороне. Корабельно-катерная «армада» ВМСУ вынуждено легла в дрейф, была заблокирована, а затем, при попытке «побега», была «взята на абордаж» и отконвоирована в порт Керчи. Считается, что едва ли не решающую роль в предотвращении несанкционированного прохода кораблей ВМС Украины Керчь-Еникальским каналом сыграл именно манёвр ПСКР «Дон», нокаутировавший «Яны Капу», на борту которого находился руководивший «прорывом» командир дивизиона судов обеспечения военно-морской базы «Юг» ВМСУ капитан 3 ранга Владимир Лесовой.
«Бортом в борт»
Ещё более любопытный случай имел место за три десятка лет до керченского инцидента 2018 года. Его участниками оказались не ПСКР и буксир, а куда более солидные боевые единицы - современные корабли Краснознамённого Черноморского флота и US Navy. Чтобы разобраться в обстоятельствах, обратимся к предыстории.
В 80-е годы прошлого века США практиковали отказ от признания юридической принадлежности некоторых акваторий странам, не относившимся к числу союзников Дяди Сэма. Проще говоря, считали их международными, то есть доступными для кораблей US Navy в рамках утверждённой ещё в 1974 году президентом Джимми Картером программы «защиты свободы навигации», являвшейся ничем иным, как обоснованием политики силы, которую США демонстрировали и на морских просторах.
Разумеется, Freedom of Navigation Operations (FONOPs) проводились и в отношении Советского Союза. С американской точки зрения, в прилегавших к побережью СССР водах было несколько районов со спорной линией демаркации госграницы. Один из них, находившийся у побережья Крыма в точке с координатами Ш=44° СШ, Д=33° ВД, выглядел для янки особенно привлекательно, т.к. поблизости располагался целый ряд объектов, вызывавших живейший интерес у спецслужб США, включая достраивавшийся на Форосе оснащённый системой правительственной связи комплекс дач ЦК КПСС.
© flickr.com/msh-images Ракетный крейсер USS Yorktown ВМС США. Американские корабли - участники FONOPs неоднократно вплотную приближались к кромке советских территориальных вод, то и дело норовя «заступить за линию». С марта 1985 года, когда первым лицом советского государства стал Горбачёв, янки окончательно обнаглели. Командование же КЧФ, буквально по рукам и ногам связанное «новым мышлением» и «мирными инициативами» Михаила Сергеевича, оказалось лишено возможности дать укорот звёздно-полосатым оппонентам. Некоторое время ситуация на Чёрном море для советских моряков оставалась патовой. Дело сдвинулось с мёртвой точки после совсем уж вопиющего случая.
13 марта 1986 года в тот самый особо привлекательный для янки район Чёрного моря буквально вломились два заокеанских корабля - крейсер с управляемым ракетным оружием USS Yorktown (CG-48, типа «Тикондерога», водоизмещение 9800 т) и эсминец USS Caron (DD-970, типа «Спрюэнс», водоизмещение 8040 т). Навстречу незваным гостям выдвинулись черноморские корабли. В ходе завязавшихся радиопереговоров американцы сообщили, что совершенно не разделяют озабоченности советской стороны, поскольку, во-первых, крейсер и эсминец следуют в международных водах, во-вторых, в Конвенции ООН по морскому праву оговорен мирный проход боевых кораблей через отдельные участки территориальных вод прибрежных государств. Советские моряки напомнили американцам, что такой проход допускается лишь в исключительных случаях и с выключенными корабельными средствами радиоэлектронного наблюдения.
Но и это напоминание не возымело действия. Следуя экономическим ходом и вовсю «шуруя» своими РЛС и средствами РЭР, подняв сигнал «Я ничего не нарушаю», «Йорктаун» с «Кэроном» углубились на 6 миль в советские терводы и только легли на курс отхода.
© flickr.com/9740901@N04 Эсминец USS Caron ВМС США. По словам советских офицеров, такого позора Черноморский флот не переживал уже давно. Главком ВМФ адмирал флота Владимир Чернавин обратился к министру обороны СССР маршалу Сергею Соколову с просьбой разрешить советским кораблям дать хоть какой-то отпор зарвавшимся янки. «Стрелять можно только в ответ, так что… Ваши предложения?» - мрачно поинтересовался Соколов. «Можно вытеснять американцев навалом», - предложил Чернавин. «Это как?» - решил уточнить маршал. «Бортом в борт», - ответил адмирал.
«Постарайтесь никого не убить»
…Через 4 месяца идея Чернавина, превращённая в план активного противодействия американским провокациям, была озвучена сначала в ЦК КПСС, потом - в Совете обороны страны, проводившемся под председательством Горбачёва. Михаил Сергеевич достаточно равнодушно выслушал информацию об американской программе «защиты свободы навигации», но «встрепенулся», когда речь зашла о внимании американцев к дачам ЦК КПСС на Форосе, включая дачу самого генсека. И дал разрешение на реализацию идеи Чернавина. Однако уже в октябре 1986 года, после встречи Горбачёва с Рональдом Рейганом в исландском Рейкьявике, Флот получил из Кремля команду «Отбой!». Иначе говоря, давать отпор американцам запрещалось.
Неизвестно, чем бы всё кончилось, если бы не самолёт Матиаса Руста, приземлившийся на Красной площади 28 мая 1987 года. Это настолько вывело из себя Горбачёва, что он снял с должности маршала Соколова, назначил Дмитрия Язова, а плану адмирала Чернавина дал зелёный свет. Но предупредил: «Постарайтесь подобрать корабли покрепче и никого не убить».
Тут же на флоты ушла директива, предписывающая вытеснять из советских территориальных вод иностранные корабли-нарушители. В соответствии с пожеланием Горбачёва, на КЧФ для «тёплой» встречи американцев выбрали поисково-спасательный корабль «Ямал» - бывший лесовоз имел ледовые подкрепления корпуса, но не выдавал больше 15 узлов. Но это обстоятельство в азарте подготовки к новому рандеву с кораблями-провокаторами как-то упустили. В паре с «Ямалом» вытеснять супостатов готовился также один из знаменитых «поющих фрегатов» проекта 61 - большой противолодочный корабль «Красный Кавказ». Однако, когда час пробил, всё пошло не совсем так, как предполагалось…
© wikipedia.org/Svklimkin Валентин Егорович Селиванов. В начале февраля 1988 года черноморцам стало известно о появлении в Дарданеллах старых знакомых - «Йорктауна» и «Кэрона». Сомнений в том, куда и зачем они следуют, не имелось. Главком ВМФ отдал приказ командующему КЧФ адмиралу Михаилу Хронопуло действовать против американских кораблей, если они попытаются нарушить морскую границу, в соответствии с полученной директивой. Вот только Хронопуло в описываемый момент находился в Москве, поэтому непосредственным руководителем операции по противодействию FONOPs пришлось стать начальнику штаба флота вице-адмиралу Валентину Селиванову.
Командовать отрядом «вытеснения» поставили начштаба 70-й бригады 30-й дивизии противолодочных кораблей капитана 2 ранга Николая Михеева. Изначально, как уже говорилось, навстречу американцам должен был пойти «Красный Кавказ», но возникли технические проблемы. По этой причине вместо БПК в отряд «вытеснения» оперативно включили одного из «Буревестников» - сторожевой корабль проекта 1135 «Беззаветный», на котором Михеев и развернул командный пункт.
Командир «Беззаветного» капитан 2 ранга Николай Михеев распоряжению срочно готовиться к выходу в море удивился. СКР только что вернулся в Севастополь с боевой службы. Часть экипажа убыла в отпуск, корабль приступил к выгрузке боеприпасов… Но приказ есть приказ: вместе с «Ямалом», «Беззаветный», «усиленный» ПСКРом проекта 1124П «Измаил», покинул базу и пошёл к берегам Турции. Там к отряду Михеева присоединился ранее направлявшийся на ремонт в Болгарию сторожевой корабль проекта 35 СКР-6, которым командовал капитан 3 ранга Александр Петров.
У Босфора черноморцев встретили туман и ночная мгла. Как в такой ситуации среди множества отметок, имевшихся на экране РЛС, найти американцев? Михеев по открытому международному каналу связи обратился к капитанам находившихся в Босфоре советских судов с просьбой сообщить, кто из них наблюдает в проливе крейсер и эсминец. Ответил капитан ж/д парома «Герои Шипки»: «Наблюдаем. Подходят к первому мосту со стороны Мраморного моря». Обнаружив таким образом американские корабли, черноморцы приступили к их сопровождению.
Посетив терводы Болгарии и Румынии, утром 12 февраля «Йорктаун» и «Кэрон» повернули в сторону Фороса. Когда до тервод СССР оставалось 14 миль, Михеев по приказу Селиванова радировал на американские корабли: «Ваш курс ведёт в советские воды, что недопустимо. Имею приказ вытеснять вас, вплоть до навала и тарана». Американцы ответили: «Мы ничего не нарушаем, следуем прежним курсом».
© wikipedia.org Маневрирование ПСК «Ямал» вблизи эсминца «Кэрон». После этого крейсер с эсминцем резко прибавили ход, что вывело из игры тихоходный «Ямал», «спасатель» отстал. Небольшой «Измаил», выглядевший рядом с CG-48 и DD-970 чем-то вроде катера, для навала не годился, поэтому держался в отдалении. Рядом с американскими кораблями оставались лишь «Беззаветный» (водоизмещение 3200 т) и СКР-6 (водоизмещение 1140 т).
«Битва при Форосе»
В 10:45 «Йорктаун» и «Кэрон» вошли в территориальные воды СССР. В 11:02 «Беззаветный», следовавший в четверти кабельтова от «Йорктауна» параллельным курсом, резко переложил руль вправо. Матросы крейсера, ранее весело фотографировавшие «Иванов», бросились по палубе врассыпную. Через считанные секунды правая скула советского СКР врезалась в крейсер. Сила соударения кораблей была такая, что в небо метров на двадцать ударил фонтан искр. Одновременно с манёвром «Беззаветного» СКР-6 пнул американский эсминец, срубив тому леера, разнеся в щепки шлюпку и разлохматив борт.
© wikipedia.org Навал СКР-6 на эсминец «Кэрон». На этом приключения не завершились. После столкновения корму «Беззаветного» понесло вправо - к «Йорктауну». Богдашин понял, что ещё немного и его четыре торпеды в аппаратах правого борта встретятся с восьмёркой пусковых контейнеров ПКР Harpoon, украшавших ют «американца». Что из этого могло получиться, догадаться было нетрудно. Капитан 2 ранга мгновенно приказал: «Полный ход! Право на борт!» Едва не слетевшие с фундаментов машины швырнули сторожевик вперёд. Корма «Беззаветного» скользнула влево, зато нос по касательной вновь ударил крейсер.
Второй навал обошёлся «Йорктауну» дороже первого. Лапа трёхтонного правого якоря «Беззаветного» вонзилась в корпус крейсера и вскрыла его словно консервный нож. Форштевень советского сторожевика оставил на борту CG-48 многочисленные вмятины, «прикончил» командирский катер, деформировал вертолётную площадку и превратил в груду обломков контейнеры с «Гарпунами». Там немедленно что-то коротнуло, из-под палубы «Йорктауна» потянулся дымный шлейф начинавшегося пожара.
«Кэрон» попытался прижать «Беззаветного» к своему флагману, однако на советском сторожевике демонстративно развернули в сторону эсминца заряженные реактивные бомбомётные установки. После этого у янки нервы сдали - крейсер и эсминец стали отворачивать на юг. Появившаяся над местом происшествия пара вертолётов Ми-24 заметно прибавила американцам прыти.
© wikipedia.org Навал СКР «Беззаветный» на крейсер «Йорктаун». На этом «битва при Форосе» закончилась. Благодаря мужеству и мастерству советских моряков, поставленная отряду Михеева задача была выполнена без единого выстрела, а также без человеческих жертв. На «Беззаветном» все повреждения удалось исправить через 30 дней. «Йорктаун» провёл в ремонте 3 месяца.
Проведение в Чёрном море операции Freedom of Navigation Operations американцы заморозили.
