"Дума о Британке": единственный фильм о Баштанской республике 1919 года
1 февраля 1970 года состоялась премьера почти забытого сегодня фильма с таким вот странным названием. Нет уверенности, что у читателя получится его посмотреть в сети, беглый поиск не дал положительных результатов. А жаль по ряду причин кино это весьма примечательное, поскольку основано на реальных событиях
Снимали "Думу о Британке" в 1969 году на киностудии им. Довженко режиссёры Николай Винграновский и Игорь Ветров по одноимённой пьесе украинского советского писателя Юрия Яновского, которую тот написал в Харькове в 1937 году.
Само название "дума" говорит в первую очередь, о поэзии, поскольку так назывались украинские былины, которые народные певцы кобзари пели простому народу за чарку горилки и шмат хлеба, подыгрывая себе на кобзе. Полурифмованный народный эпос расходился среди народа, сохраняя в его памяти героев прошлого, сражавшихся за его свободу. Но только если раньше героями дум были лихие запорожцы, то у Юрия Яновского ими стали селяне из херсонских селений, которые в лихие годы Гражданской войны создали свою независимую республику.
Сюжет и сложен, и прост одновременно. Войска Деникина проводят мобилизацию населения, и, конечно же, экспроприации нажитого добра. Селяне восстают против этого и объявляют в своём отдельно взятом селе республику.
Офицер-деникинец Андрей Середенко (его в фильме сыграл замечательный советский актёр Николай Олялин) как раз в этот период времени возвращается на побывку в родной хутор. Там от отца он узнаёт, что его жена Варка, пока он воевал на разных войнах, ушла к его бывшему другу Мамаю, который и стал главным организатором Республики. Мамая сыграл Виктор Мирошниченко актёр, который в фильме "В бой идут одни старики" изобразил командира комэска Титаренко: "А сбил, сбил-то как!.. Ну, чего ржёте? Отстань! Чего ржёте? Учитесь! Почерк против всех законов физики на взлёте!" В "Думе о Британке" именно ему досталась главная роль.
Несмотря на измену жены герой Олялина переходит на сторону восставших крестьян. Бывшая жена Андрея, Варка, относится к этой его внезапной метаморфозе очень настороженно, и не зря. Узнав о конфискации своей земли в пользу Республики, Андрей убивает комиссара, и сбегает назад к деникинцам. Однако, спустя некоторое время, он возвращается, чтобы предупредить Мамая о готовящемся наступлении Деникина на село. Окончательно запутавшись в чувствах, понимая, что был предан и предал сам, Андрей теперь пытается убить своего бывшего друга, но при этом погибает. Благодаря его информации, все жители села от мала до велика поднимаются на защиту своей Республики и побеждают регулярную Белую армию в неравном бою.
Реальность была намного и прозаичней, и суровей одновременно. Начнём с названия села. Называлось оно не Британка, а Британ или Британы, а в 1946 года его переименовали в Днепряны. Сегодня это сельское поселение находится на левом берегу Днепра, в российской части Херсонской области и примыкает с запада к Новой Каховке. Баштанская республика, которая послужила прообразом для Республики в "Думе о Британке", существовала на правом берегу в 100 километрах северо-западнее Днепрян.
Писатель Яновский ездил в город Баштанку в 30-е годы, общался с многочисленными свидетелями тех событий. В 1919-м году она называлась Полтавкой республику назвали Баштанской по названию лежащей рядом балки Баштанки, а потом в 1926 году в честь происходивших здесь революционных событий село переименовали. Баштан в переводе с татарского означает сад, огород, а с украинского бахча.
Несмотря на хорошую осведомлённость о реальной истории республики, Яновский перенёс её в другое место. Видимо, ему понравилось необычное название приднепровского села Британ, происхождение которого доподлинно неизвестно. Британцы там не селились, были переселенцы из Германии и Швейцарии. Может среди них и затесался какой-нибудь выходец с Туманного Альбиона... Как бы там ни было, в остальном у Яновского события более-менее совпадают с реальностью.
Летом 1919 года войска генерала Деникина развивали наступление против Красной армии на Украине и в Черноземье, побеждали, но несли потери им требовались пополнения, фураж, провиант. Денег не хватало, поэтому шла насильственная мобилизация и принудительные реквизиции. Селяне от белых и так ничего хорошего не слышали, кроме обещаний забрать разделенную помещичью землю и наказать за разграбление имений. А угон в армию молодых парней и насильственный отбор фуража и хлеба вообще встали им поперёк горла.
15 сентября 1919 года в Полтавке и ещё четырёх близлежащих сёлах поднялось восстание. Через две недели, 30 сентября, восставшие сформировали штаб и объявили о создании Баштанской республики. Главными организаторами стали член Украинской партии социалистов-революционеров (боротьбистов) Павел Тур и его беспартийный брат Иван.
Боротьбисты украинский вариант левых эсеров, только в отличие от своих российских коллег они против большевиков открытое восстание не поднимали. Однако небольшие расхождения в идеологии между ними были, от чего во время репрессий 30-х годов практически всех бывших боротьбистов, к тому времени уже членов КП(б)У, истребили. Но тогда, в 1919 году, они выступали за союз с коммунистами против и петлюровцев, и деникинцев, и махновцев, и флаг у них был красный.
Павел Тур провёл против белых несколько успешных боевых операций взрывал железнодорожные пути, уничтожал телеграфную связь, захватил несколько населённых пунктов, в том числе один (станцию Водопой) в черте современного Николаева. Нужно заметить, что происходило всё это безобразие в тылу у белых в разгар решающего Орловско-Кромского сражения. Так что "баштанцы" внесли разгром Белой армии свою существенную лепту. К середине ноября 1919 года её дивизии начали откатываться назад, что и предопределило конец Баштанской республики.
12 ноября 1919 года село Полтавка захватил войска генерал-майора Якова Слащёва они отходили в Крым, чтобы сохранить его для Белой армии. Центр республики переместился в еврейскую сельхозколонию Ефингар современное село Плющёвка. Крестьяне использовали тактику партизанской войны в степи. Их отряд рассеивались, если противник его превосходил по силам, и собирался вновь, чтобы нанести удар в другом месте.
Смертельные "кошки-мышки" закончились 27 декабря 1919 года, когда отряд окончательно разгромили никакого "хэппи-энда", который присутствует в "Думе о Британке", в реальности не было. Белогвардейцы только в самой Полтавке расстреляли 852 повстанца и сожгли 350 дворов. Кстати, буквально в 30 км восточнее в то же самое время существовала точно такая же Висунская республика, история которой закончилась также трагично. Но, на то она и Дума поэтическая форма народного эпоса, который может действительности и не соответствовать.
Поэзией в советское время "болели" все поколения современным людям этого ажиотажа не понять, они более прагматичны и менее романтичны. Многие писали стихи, песни, а кто не писал, те переписывали и учили наизусть чужие произведения, устраивали поэтические вечера, посиделки с гитарами и бардовскими песнями. Один из режиссёров фильма, ученик Довженко, писатель-шестидесятник Николай Винграновский, тоже не только снимал кино, но и писал стихи, прозу. Во время работы над фильмом он написал одноименное стихотворение "Дума о Британке". В сети оно есть, есть даже варианты, положенные искусственным интеллектом на музыку.
Украинские режиссёры, ориентируясь на творчество Довженко, Кавалеридзе и других довоенных режиссёров, которые задали тон украинскому поэтическому кино ещё в 20-30-е годы, теперь во многом им подражали. Некоторые сделанные в этом направлении кинокартины находили своё признание, правда, не столько у зрителей, сколько у зарубежных ценителей, как это было с "Тенями забытых предков" (1964) Параджанова, или "Белой птицей с чёрной отметиной" (1971) Ильенко.
Есть такая поэтичность и метафоричность и в "Думе о Британке", и это неудивительно, если вспомнить, у кого учился Винграновский. Он сам, вспоминая о картине, говорил, что у него была идея "сделать каждый кадр, как строку". Поэтичность органично оттеняет сложность сюжета, построенного на внутреннем конфликте личности героя Олялина моральном тупике и мучительном поиске выхода. Документальность событий в совокупности с поэтической метафорой выводят этот фильм за рамки привычной "героической" ленты. Рецензии того времени в журнале "Советский экран" говорят:
"Фильм отличается от привычных "революционных" картин своей сдержанностью и трагизмом, без излишней героики. Режиссёры Ветров и Винграновский сумели сохранить дух пьесы Юрия Яновского, где война показана как катастрофа для народа, а не только, как борьба за власть".
Зрители также отмечали, что фильм получился "жёстким и честным". И мрачная драма, и тяжёлая атмосфера, говорят в первую очередь о том, что война "свой против своего" это самая страшная из войн, ведь в ней нет победителя. В этом страшном противостоянии, неизбежны личные драмы и трагедии. Это и демонстрируют на экране замечательные актёры, например, сыгравший Андрея Николай Олялин, для которого этот фильм стал важнейшим шагом в карьере. Он дал ему путёвку в такие картины, как "Освобождение" и "Обратной дороги нет". Олялин вспоминал, что старался не изображать героизм, а передать внутреннюю драму запутавшегося героя. Смог удержаться от героического пафоса и картонности и Виктор Мирошниченко.
Константин Степанков, к тому времени уже признанный мастер театра и кино, традиционно правдиво и органично сыграл роль комиссара. В одном из документальных фильмов он сказал, что "Дума о Британке" была для него одной из самых честных работ о войне. Не прибегая к лишнему натурализму, в ней получилось, в отличие от большинства "революционных" картин того времени, показать не только и не столько героизм, сколько потрясающую и ужасную жестокость разорванного на части народа.
Автор пьесы, Юрий Яновский, был соавтором и первым же цензором сценария, который пришлось по сравнению с пьесой сильно смягчить: сделать не такими людоедскими образы петлюровцев, убрать излишний "анархизм" махновцев. Удивительным образом это пошло на пользу ушла карикатурность изображения ряда персонажей, и проявилась вся сложность той самой классовой борьбы, где нет простых решений, нет абсолютных злодеев и героев, где все решения, часто неверные, принимают простые люди, за что расплачиваются своими жизнями. Этим "Дума о Британке" пожалуй, сильнее всего выделяется из ряда фильмов о Гражданской войне. И тем удивительней и обидней, что кино это незаслуженно забыто и практически не доступно для просмотра.