В ночь на 23 апреля 1943 года Евдокия Носаль совершала свой 354-й боевой вылет. Советские войска с тяжелыми боями преодолевали «Голубую линию» — систему укреплений северо-западнее Новороссийска. Бомбардировщики получили приказ помочь наземным войскам: бомбить технику и живую силу врага.
Они летели на Новороссийск. Над горами сильные нисходящие потоки воздуха, лёгкий самолёт неумолимо «подсасывает» к земле. Однако опытная рука лётчицы уверенно борется с коварной стихией и точно выводит самолёт на вражеский объект. Бомбы ложатся в цель. Но едва лётчица взяла обратный курс, как мимо них промчался немецкий истребитель. В этот момент по глазам резанула вспышка разрыва снаряда...
— Дуся, Дуся, держи самолёт! — в тревоге кричит штурман Каширина, видя, что лётчица подалась вперёд и не работает управлением.
Дуся не отвечает. Предчувствуя недоброе, Ира Каширина сама берёт управление — она знает, что нужно делать, перед войной училась в аэроклубе. Но ручка зажата, лётчица навалилась на неё всем телом...
На старте сразу заметили, что с пришедшим самолётом что-то случилось. Он несколько раз заходил на посадку и никак не мог приземлиться в положенном месте. Наконец сел — коряво, с промазом. К нему сразу же подбежало несколько человек, в том числе командир полка Бершанская и полковой врач Жуковская. Ира Каширина, пошатываясь, подошла к Бершанской и тихо доложила:
— Товарищ командир, задание выполнено. Лётчица ранена, самолет от цели привела я...
— Лётчица не ранена, она убита, — медленно сходя с трапа, доложила врач...
