Лукашенко озвучил подробности переговоров по подавлению мятежа:
Замминистра обороны РФ Евкуров сыграл немалую роль в организации переговоров с Пригожиным.
На Пригожина сильное влияние оказывали командиры штурмовых отрядов «Вагнера».
Директор ФСБ Бортников участвовал в переговорах с Пригожиным.
До утра 24 июня не следил за ситуацией с ЧВК «Вагнер».
Было принято жесткое решение: мочить. Я предложил Путину не торопиться. Давай, говорю, поговорим с Пригожиным, с командирами его. На что он мне сказал: "Слушай, Саша, бесполезно. Он даже трубку не берёт, ни с кем разговаривать не хочет“
Я говорю: "Женя, никто тебе ни Шойгу, ни Герасимова, никого не отдаст, особенно в этой ситуации. Ты же знаешь Путина не меньше, чем я. Во-вторых, он с тобой не то что встречаться - по телефону разговаривать не будет в силу этой обстановки". Молчит. "Но мы хотим справедливости! Нас хотят задушить! Мы пойдем на Москву!" Я говорю: "На полпути тебя просто как клопа раздавят. Несмотря на то что войска (мне об этом Путин долго говорил) отвлечены на соответствующем фронте". Подумай, говорю, об этом. "Нет" - такая вот эйфория.
Долго я его (Пригожина) убеждал. И в конце сказал: "Знаешь, ты как хочешь можешь поступать. Но на меня не обижайся. Бригада подготовлена к переброске в Москву. И, как в 41-м (ты же книжки читаешь, образованный, умный человек), мы будем защищать Москву. Потому что данная ситуация не только в России.
Это и не только потому, что это вот наше Отечество. А потому что, не дай бог, вот эта смута пошла бы по всей России, а предпосылки для этого были колоссальные, следующими были мы
Когда разворачивалась, как Президент Путин назвал её, эта смута в России, как-то все под веником сидели. Матвиенко оказалась мужественной, Володин, Патриарх, пара человек - и всё. А после драки руками мы умеем махать, ох как умеем, и советовать: "Мочить, мочить и мочить". Слушайте, ну есть кого мочить, особенно знаете где. Есть кого сажать там, где это нужно.
