Российский ядерщик призвал «вычистить» опасных сотрудников Запорожской АЭС

По-моему мнению, тут вмешались американцы, и Рафаэль Гросси мог получить указание, что называется, потроллить Запорожскую атомную электростанцию, которая сейчас находится под нашим контролем. Чем агентство сейчас и занимается, говорит Владимир Михайлович. И правильно, что его инспекторов не пускают на этот объект. Смотреть им там нечего и контролировать им там нечего.

Владимир Кузнецов напоминает, что на Украине 15 энергоблоков атомных станций, из них 6 на Запорожской АЭС, каждый из них дает по тысяче мегаватт мощности, всего 6000 МВт в год. Станция является одной из самых крупнейших в Европе.

Кроме энергоблоков, вторым по значимости на станции с точки зрения радиационной безопасности является хранилище отработанного ядерного топлива.

Англичане сейчас прекратили переработку отработанного ядерного топлива. Остались французы, но они никогда не брали на переработку отработавшее ядерного топлива с украинских АЭС. Раньше Украина вывозила его в Россию, а потом стала складировать его у себя.

Какие-то четкие цифры назвать нельзя, сайт Запорожской АЭС в течение полугода не работает. Я могу сказать, что каждый из реакторов загружают 65 тонн ядерного топлива, а их на Запорожской станции 6, соответственно, получается 390 тонн урана. Вот об этой цифре гендиректор МАГАТЭ Рафаэль Гросси и говорит. Это проектные данные, никуда от них не денешься. И там отнюдь не 40 тонн обогащенного урана, как говорит Гросси, а значительно больше.

Просто удивительно, как специалисты, которые понятия не имеют, что такое водо-водяной корпусный энергетический ядерный реактор, делают подобные заявления. Если, конечно, что-то не напутал журналист.

Эксперт напоминает, что ежегодно из каждого реактора выгружается треть отработанного ядерного топлива по 20 тонн, из шести реакторов 120 тонн.

Умножьте эту цифру на 20, то есть два десятка лет, вот столько топлива находится на хранении у них в хозяйстве. В каждой тонне отработанного ядерного топлива находится от 5 до 7% реакторного плутония. Но он находится внутри тепловыделяющих сборок, а не лежит в виде таблеток. Подойдите к этому топливу, к этим сборкам, на расстояние меньше, чем 10 метров, и через несколько дней отдадите концы, вас не будет.

По словам профессора, на переработку одной тонны отработанного ядерного топлива надо затратить 2,5 тысячи долларов.

Из этого отработавшего топлива - чтобы с плутонием что-то сделать, использовать его в ядерно-взрывных технологиях - надо его еще извлечь, очистить до оружейной чистоты, а это 98% по плутонию-239. Целое дело. Все эти дилетантские заявления делаются, чтобы Россию нагнуть, сказать: вот, мол, сколько они могут сделать из этого ядерных взрывных устройств. А у нас их и так выше крыши. Для этого нам не нужен плутоний с украинских АЭС.

Как говорит Владимир Кузнецов, каждый грамм хранения плутония обходится в 10 долларов в год.

Если у нас 250 тонн плутония, а это открытые, официальные данные, нужно 5-6 миллиардов долларов в год.

Зачем нам еще отработавшее ядерное топливо с украинских АЭС?

В том-то и дело. У нас его и так хранится немало. Согласно договорам, которые мы ранее подписали, мы должны были те радиоактивные отходы, которые образовывались в процессе переработки, вернуть Украине. А что сделала украинская сторона? Она не стала строить для них хранилище. Теперь все это добро останется навечно в России.

Потуги МАГАТЭ и желание инспекторов агентства попасть на Запорожскую АЭС, профессор Кузнецов связывает с недавними событиями в Энергодаре, когда была задержана диверсионная группа из пяти человек, которая планировала устроить подрывы и убийство военнослужащих на станции.

В группе было два уголовника, три теробороновца, один из них был ранен, когда попытался оказать сопротивление силовикам. Если бы они прорвались на площадку станции, то могли натворить такое Я в свое время участвовал в учениях, которые проводились на различных АЭС, и мне и голову не могло прийти, как можно на станцию попасть.

Я немало отработал на АЭС, но даже не догадывался, как это можно было сделать. А тут должны были действовать люди подготовленные, которые хорошо знали станцию и все ее узкие места. Вот в чем опасность. Это событие и заявление Гросси о том, что с территории станции могли пропасть сотни килограммов ядерно-оружейного материала хорошо спланированные акты.

Вот и в Энергоатоме Украины назвали фейком информацию о десятках тонн обогащенного урана и плутония на Запорожской АЭС, которые можно было бы использовать в военных целях.

Гендиректор МАГАТЭ Гросси делает подобные заявления, чтобы его инспекторы попали на станцию. Мне тут невольно вспомнился сериал Симпсоны, где главный герой Гомер работает инспектором по безопасности на атомной станции, получает 6-15 тысяч долларов в год. Он любит пончики, все его мысли о еде, он использует любую возможность, чтобы уйти с работы, чтобы выпить пива в таверне. А с радиоактивными отходами там разбираются просто заметают веничком под половик.

Владимир Кузнецов считает, что нам вообще следует выйти из МАГАТЭ.

Нечего нам там делать. Ежегодно мы платим этой организации по 35 миллионов долларов. А за что?

Что касается Запорожской АЭС, то, по мнению профессора, ее надо останавливать, расхолаживать и проводить регламентные работы.

Я об этом говорил еще в начале марта, когда в результате обстрела с украинской стороны рядом со станцией сгорел учебно-тренировочный центр. А запускать станцию, когда ситуация нормализуется.

Все разговоры о том, что на Запорожской АЭС работают якобы наши специалисты, по мнению профессора, не соответствуют действительности.

Наши военные обеспечивают только физическую защиту станции, охраняют ее. За технологическим процессом следит украинский персонал. Если Запорожская станция вместе в Запорожской областью в дальнейшем войдет в состав России, персонал станции надо, конечно, чистить.

На каждом блоке здесь работает порядка 500 человек, в смене три тысячи. В эксплуатации станции заняты, по моим подсчетам, не менее 5-6 тысяч человек.

Не для кого не секрет, что в Энергодаре немало националистов. Это мнение людей, которые хорошо знают обстановку. 9 Мая, в день Победы, три работника станции вышли с красными знаменами на площадь и тут же были уволены.

Из руководства станции надо выметать всех националистов. Весь персонал, начиная с начальников смены станции и отдельных цехов, надо отправить на детектор лжи.

Владимир Михайлович вспоминает, как почти восемь лет отработал на Чернобыльской АЭС, где были подобные сотрудники.

Не надо думать, что в 1979 году, когда я пришел на станцию, националисты были другими. Конечно, случались стычки. Они постоянно твердили о собственной исключительности, говорили, какая у них супер-нация. И женщины у них самые знойные, и сахар самый сладкий, и сало самое жирное. Следовали выпады в отношении России, что их якобы недооценивают.

Можно было раз пропустить все это мимо ушей. Второй раз, сжав зубы, не ответить. А потом все-таки высказывали все, что о них думаем. Но на ЧАЭС эти вопросы решались по-другому. Когда слухи об этих деятелях доходили до руководителя реакторного цеха Анатолия Степановича Дятлова, он вызывал их на ковер. И абсолютно спокойно, не повышая голоса, спрашивал: Тебе что, работа не нужна? Ты у меня вылетишь со станции в течение 24 часов. Националисты же смелые, когда выступают вдесятером против одного.

На Запорожской АЭС, по мнению профессора Кузнецова, предстоит многое сделать.

Станция уже старая, на первых двух блоках надо проводить работы по дальнейшей эксплуатации. Украинская сторона разорвала же все связи с Россией. Сами они не построили ни одной АЭС. Генеральный конструктор Запорожской атомной станции ОКБ Гидропресс, научное руководство осуществлял Курчатовский институт, генеральным проектировщиком станции было московское отделение Атомэнергопроекта. У них нет ничего. А вот чего у них нельзя отнять, так это умение приспосабливаться и выживать.

Владимир Михайлович считает, если на Запорожской АЭС будет наблюдаться нехватка кадров, можно пригласить специалистов с тех же наших Балаковской или Нововоронежской атомных станций. С повышением в должности.

Что Украина потеряет вместе с Запорожской АЭС?

Станцию на 6 млн. киловатт. Им электроэнергию будут уже продавать. Следующая атомная станция, которую, скорее всего, будет брать под свой контроль Россия это Южно-Украинская АЭС, расположенная на берегах Южного Буга в Николаевской области. Они обе строились для обеспечения работы энергоемких производств. Та же Запорожская атомная станция под комбинаты Мариуполя, Запорожсталь. А в той же западной Украине крупных фабрик и заводов практически нет.

По мнению профессора Кузнецова, сейчас надо в обязательном порядке документально зафиксировать состояние радиационной и экологической безопасности АЭС.

А потом сравнивать эти показатели с дальнейшей обстановкой, когда станция будет находиться в эксплуатации. Иначе на нас могут повесить всех собак, мол, при Украине все было хорошо, а когда пришла Россия, обстановка ухудшилась. На станцию надо отправить самую комплексную комиссию, которая оценила бы техническое состояние объекта, выявила на станции все узкие места и сделала выводы, что требуется там предпринять. Позиция должна быть сугубо деловой, технической никакой политики.